«Прусская невеста» — одно из самых известных произведений Юрия Буйды. Роман вышел в 1998 году, получил литературные премии и был переведен на многие языки, однако несколько лет не переиздавался в России. Новое оформление возвращает ставший редкостью текст читателю. Это роман о городе Знаменске Калининградской области и его жителях — и одновременно с этим книга о мифическом Городе и населяющих его удивительных существах. Реальная история бывшего Велау обрастает легендами, исторические события превращаются в миф. Роман-город, пространство которого превращается в таинственную «гдетию», населенную самыми разными жителями: карликами и великанами, красавцами и уродами, правдолюбами и лжецами, таинственными пришельцами и задержавшимися на земле мертвецами. Все они выстраивают большую Историю города так же, как строят собственные дома. Прозу Юрия Буйды отличает детально прописанный мир, в котором пересекаются реальное и волшебное, необыкновенные сюжеты и персонажи. Каждый из рассказов романа — особая история: трогательная, лиричная, жестокая, пугающая, загадочная… В книге есть место и детективу, и любовной драме, и страшному сну, и бытовой повести. Читатель никогда не знает, какой будет следующая история. Книга для тех, кто ценит в чтении сотворчество и готов подключать воображение. Роман в рассказах «Прусская невеста» — это лирически-грустная, жестокая и смешная, обыденная и фантастическая книга. Ее можно читать как увлекательное собрание небылиц; как роман о былом; как древний кровожадный миф; как хронику сказочного города.Юрий Буйда — прозаик, автор романов "Сады Виверны", "Пятое царство", "Синяя кровь", "Вор, шпион и убийца" (премия "Большая книга"). Его книги переведены на многие языки. "Прусская невеста" — книга-город, густонаселенный, разнородный, странный. Это сейчас он советский Знаменск Калининградской области, завоеванный в 1945-м Красной армией, куда после войны "беспричинные люди" со всего Союза съехались строить новую жизнь. А раньше городок звался Велау, был немецким и считался Восточной Пруссией. Мир черепичных крыш и булыжных мостовых встречается с русской ментальностью. Здесь суровая правда соседствует с мифами и легендами, гротеск и романтика — с очень жестким реализмом, человеческие трагедии — с подлинной, пусть порой нелепой, любовью… "Вечером всех немцев под конвоем спровадили на станцию, посадили в телячьи вагоны и отправили. Осталась одна Рита. Да еще Веселая Гертруда. И больше никого, ни одного немца. Кирхи, дороги, густо обсаженные липами, узкие каналы и медлительные шлюзы, блеклое немецкое небо над плоским Балтийским морем — это да, это осталось, но все это в одночасье стало нашим. Пугающе нашим".
